Алексей Шведов
МЕТОДЫ ВЕРБОВКИ И КОНТРОЛЯ СОЗНАНИЯ В ДЕСТРУКТИВНЫХ КУЛЬТАХ
Место действия: Биоматрица, плата Солнечная система, процессор Земля.
Время действия: 246 год от Слияния (2472 от Р. Х.)
Свободные разъёмы: Австралия, Новая Зеландия.
<…>
Впрочем, зачем вам все эти ненужные подробности?
Снесла яйцо Оля во вторник, а уже в четверг, когда небо наконец-то очистилось от помех и на нём вновь ослепительно засияли ласковые летние звездодиоды, она и её супруг Николай катили зародыша по центральной улице города, улыбаясь как самим себе, так и обтекающим их толпам прохожих. Молодожёны были полны счастья и оптимизма. Операция по удалению Олиной матки и имплантации ей искусственного яйцеклада обошлась им аж в 600 киловатт, но они особо не расстраивалась, поскольку яйцерождение было сейчас в моде.
Яйцо с Андрейкой плавало в автономной лаборатории-колыбели «Вакуоль-3» с гелиотрофным сканером, висящим у изголовья. Более чем на две трети оно было скрыто питательным раствором. Спустя определённый промежуток времени скорлупа яйца должна была раствориться и явить на свет непосредственно младенца. В тот счастливый день бильштейн-бульон следовало немедленно вылить, чтобы ребёнок ненароком не растворился сам вместе со скорлупой. Опасное и ответственное это дело – быть родителем! И особенно, думала Оля, быть матерью. Между ног у неё всё ещё немного болело: попробуйте сами родить яйцо, и вы поймёте, о чём я. Но эта слегка ноющая боль была ей чем-то приятна, поскольку девушка гордилась тем, что дала жизнь новому существу. Оля никак не могла дождаться момента, когда начнёт кормить Андрейку грудью, ведь те уже набухли от молока. По идеологии девушка принадлежала к той редкой категории матерей, которые были против искусственного кормления. Её муж Николай тоже был за естественное питание. Работал он младшим инженером на биофабрике «Северянка», выращивая какие-то подвиды; в суть его работы Оля никогда вникнуть не старалась – в любом случае, ничего не поняла бы. Сама девушка сейчас была в декретном отпуске, а до того, как она в него вышла по причине беременности, она зарабатывала на хлеб насущный танцами в интим-баре под псевдонимом Саманта. Её многочисленные биочипы, рассыпанные по всему телу, позволяли Оле не только не беременеть от клиентов, но и к тому же получать крайне высокую степень эротического наслаждения при половых актах – примерно девять по десятибалльной шкале. Сейчас, когда она временно не работала, администрация клуба платила ей каждый месяц по 280 киловатт, что было довольно-таки приличной суммой по нынешним временам. Молодые супруги уже заранее вырастили для сына кучу пелёнок и разных других необходимых мелочей, плюс накупили всяких погремушек и приобрели голоняню. Сейчас же они шли в продуктовый магазин за пищевыми открытками.
***
Керамика Лобовик была выведена на ферме Триусов за пятьдесят долларов в совокупности: тридцать ушло на поиск подходящего спермодонора, остальные двадцать – на обслуживание биоматки. Её имя дал ей местный искин Фёдор; всем выпускникам Триуса давал посвящение именно он, пользуясь для этого орфографическим словарём из своей операционной системы. В голове у Керамики стоял мнемоник на 64 гигабайта – мелочь, но приятно. Поскольку люди, заказавшие её и оплатившие услуги Триусов, впоследствии по непонятным причинам от ребёнка отказались, то спустя три месяца после рождения Керамику отправили в приют на Чкалова, где она прошла обучение и получила профессию водителя маршрутного браузера. Благодаря акселераторам в семь своих биологических лет она уже выглядела на двадцать, причём коэффициент её интеллекта тоже был далеко не детский. Сейчас ей было по паспорту двенадцать, но биологически – примерно тридцать два. Она была высокая и стройная, а малиновые спиральки волос красиво торчали в разные стороны, так как каждое утро она тщательно взбивала их феном. Пупок у женщины отсутствовал.
Керамика проснулась в полдесятого.
– Вставай, вставай! – надрывался будильник. – На хрена, спрашивается, нужно было ставить меня на пятнадцать минут десятого, если сама меня уже два раза выключала?
– Заткнись! – беззлобно пробормотала женщина, извлекая тело из-под плёнки одеяла и присаживаясь на кровати. Спала она в чём биоматка родила, но без плаценты. У неё были красивые полные груди без сосков и эпилированный лобок. Зевнув, Керамика зевнула ещё раз, после чего всунула ноги в тапки и потащилась в ванную. Сегодня она работала во вторую смену.
***
Купив еды, супруги Космические и их яйцо покинули магазин, и направились в ту же сторону, откуда и пришли. Неожиданно путь им преградили пять молодых людей: два парня, девушка и два герма. В руках они держали кто что: либо электронные транспаранты с бегущими по ним буквами, либо картриджи, либо позвякивающие хаотическими мелодиями саундбластеры. Это явно были какие-то религиозные фанатики. Оля, Коля и Андрейка, окружённые ими, испуганно застыли на месте. Даже бильштейн-бульон – и тот, казалось, застыл и почти перестал бурлить.
Выглядели сектанты завораживающе. Головы у них были лысые, с вращёнными в них антеннами для телепатической связи, а одеты они были в странные хитоны ярко зелёного цвета, слегка прозрачные и поблёскивающие под полуденными диодами звёзд. У девушки над головой парила голограмма нимба.
– Присоединяйтесь к нам! – улыбаясь, произнесла она. – Мы из Церкви Божественного Откровения, единственные наместники Бога на Земле. Наша цель – помочь людям и искинам вернуться в их изначальное состояние. Ну как, вы согласны вступить в наши ряды?
– Пустите нас! – выкрикнула Оля, отталкивая одного из сектантов от колыбели с Андрейкой, куда тот совал свою наглую морду и мерзко лыбился при этом, бормоча что-то вроде «Гули-гули-гули». – Коля, да сделай же ты хоть что-нибудь!
Николай прокашлялся.
– В связи с тем, что мы – убеждённые атеисты…, – забубнил он.
– Мужик, да я сам был атеистом! – воскликнул высокий герм. – И вот месяц назад прозрел! Теперь Бог исполняет все мои желания, если я в чём-то нуждаюсь.
Супруги Космические переглянулись.
– Мы вам не верим! – крикнула Оля. – Бога нет!
– Да-да, – закивал её супруг. – Это всё атавистические предрассудки, суеверия дикарей…
– Мы можем вам доказать, – немного неуверенно произнесла девушка с нимбом.
– Думаешь, сработает? – уточнил у неё один из парней. – Он же только вчера нам новые картриджи прислал…
– Сработает, я чувствую, – сказала девушка. – Какие вам нужны доказательства? – обратилась она к Оле и её мужу.
– Никаких доказательств нам не нужно! – сказал Николай, как отрезал. – Но если уж вы всё так повернули, то…, – он торжествующе посмотрел на Олю, а затем тем же торжествующим взглядом обвёл сектантов, – то я хочу, чтобы… хочу, чтобы… Хочу, чтобы наш Андрейка стал взрослым!
– Что такое «андрейка»? – уточнила девушка с нимбом.
– Ребёнок, наверное, ихний, – предположил герм номер два.
– О'кей, – сказала девушка. – Но если мы вам предоставим доказательства, то согласитесь ли вы распространять наши картриджи и проповедовать вместе с нами?
Космические переглянулись и – поскольку оба не верили в чудеса – кивнули. Сектанты тоже переглянулись и кивнули, после чего девушка опустилась на колени посреди тротуара и, молитвенно сложив руки, забормотала:
– О, Господь, сделай, пожалуйста, так, чтобы ребёнок, лежащий в этом яйце, стал взрослым!
После этого она что-то прошептала, потом поднялась и все уставились в коляску. Яйцо лежало, как ни в чём ни бывало и превращаться во взрослого человека явно не собиралось.
– Ну, теперь-то вы отвяжетесь от нас? – насмешливо спросила Оля.
– Блин, что такое? – пробормотала девушка с нимбом. – Никто из вас сегодня никакую заповедь не нарушал?
Сектанты-мужчины потупили взоры.
– Ах, вы…! – набросилась на них девушка, и в это время Андрейка, заархивированный в формате egg, начал быстро раскрываться.
***
После лёгкого завтрака Керамика вколола в вену на правой руке два файла с хорошим настроением и почувствовала себя просто замечательно. Затем, напевая «А я лечу, лечу, куда глаза глядят!», она – поддавшись какому-то подсознательно-инстинктивному позыву – извлекла из воздуха меню и, открыв папку с мужчинами, два раза щёлкнула по Владу Кононенко. Файл начал раскрываться. Скопировав себя, Керамика подождала, пока закончится сохранение обоих файлов и когда перед ней возникла голограмма Влада, вставила в неё свою копию.
Теперь Керамики Лобовик было две, но это не мешало им существовать.
То, что происходило дальше с оригиналом, не представляет для нас никакого интереса, но приключения Керамики-из-буфера настолько гармонично вписались в сюжет с супругами Космическими, что просто невозможно уклониться от их описания, потому что в противном случае пришлось бы прервать и основную сюжетную линию. Итак, копия женщины переписалась на файл Влада, вернее, туда, где находился сейчас он, и увидела, что Влад и его друзья из Церкви Божественного Откровения опять до кого-то доебались, а именно – до молодой пары, в лабораторной коляске у которых лежал голый мужчина, дико вопящий от разъедающего его плоть бильштейн-бульона. В тот же миг коляска под ним развалилась на части. Глаза у всех были с пол-лица, рты приоткрыты.
– Влад, хай! – Керамика потрясла за руку ошарашенного Влада.
Владиславик Кононенко, 25 лет, метис (искиночеловек). С Керамикой знаком пять месяцев. Для получения голографического изображения нажмите нужную кнопку.
– Хай…, – пробормотал тот. – О, Кера! – похоже, поздоровался он с ней чисто машинально, а узнал же – только сейчас. Веки его голубых глаз взволнованно трепетали. – Ну и дела тут у нас, я тебе скажу…
Голый мужчина тем временем, поскуливая, тёр покрасневший живот с приставшими к нему кусочками скорлупы. Керамика с завистью посмотрела на его крупный половой орган. Вот где машина для любви! Она едва ли не приплясывала от отличного настроения и от желания что-нибудь натворить. Стоящие рядом со сломанной коляской мужчина и девушка с торчащим из-под мини-юбки яйцекладом выглядели как самые потрясённые люди на свете. Интересно, что тут случилось? Как этот мужик оказался в детской коляске?
– Андрейка, Андрейка! – запричитала вдруг дама с яйцекладом, опускаясь на корточки рядом с голым гигантом. – Что вы с ним сделали?! – закричала она, гневным взглядом скользя по лицам молодых проповедников.
– Это не мы, это Бог! – блаженно полуприкрыв глаза, сказал Вайт, герм. – Что хотели, то и получили. Мы же говорили – он исполняет ВСЕ наши желания…
– Что случилось-то? – Керамика дёрнула Влада за рукав.
Тот кратко обрисовал ей ситуэйшн. Керамика и раньше знала, что Владиславик и его друзья претендуют на наличие у них связи с Богом, но чтобы эта связь была настолько явная! Красивое лицо девушки было стилизовано возбуждённой улыбкой с висящими над ней густыми модными усами, лихо закрученными на концах. Она по-прежнему едва ли не приплясывала, тогда как супруги, чей ребёнок внезапно превратился во взрослого мужчину, выглядели ужасно растерянными и явно не знали что делать. Керамика проникалась к ним невольным сочувствием. Мнемоник между тем постепенно начинал разворачивать перед её сознанием КРМ-матрицу, матрицу информационного консультант-терапевта из общества имени Дворкина, и вот уже Керамика была не просто Керамикой, а особо секретным внештатным агентом по борьбе с деструктивными культами.
КРМ – Консультирование о Реформировании Мышления, всеземная организация, чья деятельность направлена против деструктивных культов и основывается на пассивном или активном консультировании жертв интенсивного манипулирования психикой. На языке улиц их называют «депрограмматорами» [сей термин достался им в наследство из прошлого, когда КРМ только зарождалось; тогда депрограмматоры по просьбе родителей похищали их детей из сект и при помощи психологических и физических пыток принуждали тех отречься от избранной ими веры], на внутреннем же жаргоне организации они называют себя просто «консультантами». Канонические писания КРМ «Этические стандарты для консультантов по реформированию мышления» гласят: «Консультант по реформированию мышления – это индивидуум, который проводит такие консультации и добровольно соглашается соблюдать эти этические стандарты. Консультация предполагает почтительный диалог в открытой обстановке, дополненный образовательными материалами, типа подходящих сведений из литературы и средств массовой информации, а также личных свидетельств». Агенты вербуются преимущественно из гуманитариев, а также из бывших «жертв интенсивного манипулирования психикой». Двойную личину обеспечивают мнемоники, мозговые киберимпланты, благодаря которым агент, находясь в естественном состоянии, не помнит о том, что является агентом.
– Это аватара Вишну! – прошептала вдруг Лизза, девушка с нимбом. С нею и Владом Керамика однажды обедала в кафе на Жданова. – Я вижу его подлинную сущность, – она вдруг рухнула перед голым человеком на колени. Оба герма тоже нерешительно пали ниц, а супружеская пара, Керамика, Влад и незнакомый Керамике парень с саундбластером остались стоять. «Аватара Вишну» обозревала всех мутным взглядом новорожденного.
– Это что – Калка? – с сомнением в голосе поинтересовался непонятно у кого Влад. – Но я читал, что он явится только через примерно четыреста тысяч лет, в конце Кали-Юги… Ещё ведь рано…
– Не тебе решать, когда Богу следует являться на Землю! – неожиданно злобно выкрикнула Лизза. – Итак, – с чарующей улыбкой обратилась она к несчастным родителям, – вы обещали, что примкнёте к нам, если Бог разархивирует ваше яйцо. Он это сделал, теперь ВАША очередь исполнять своё обещание. Для начала вы должны заплатить вступительный взнос в количестве сорока киловатт…
Керамика внимательно наблюдала, все слова Лиззы мотая на ус. Ей было ясно, что та здесь – лидер, вероломно манипулирующий сознанием прихожан и теперь атакующий и психику доверчивых граждан, чтобы сперва обманным путём овладеть их капиталом, а в дальнейшем использовать как рабсилу и средство для лёгкого зарабатывания энерговалюты. «Хотя, – рассуждала девушка, – Влад и его друзья обо всём этом могут и не знать, считая, что их Церковь Божественного Откровения – вовсе не деструктивная секта, а Путь К Спасению, единственный Путь К Спасению. Такова политика всех тоталитарных сект – не давать своим членам сведений о подлинном положении дел. Наличествует жёсткий информационный контроль, например: отсечение от внешних источников информации (таких как головидение, цифрочтение, газеты) и клевета на них; усиленная «бомбардировка» вербуемых культовой литературой, записями и лекциями по идеологической обработке; принудительное удаление биоинтерфейсов; и так далее, и тому подобное… Информационный же контроль мешает правильному принятию решений и таким образом предотвращает критическую оценку культа». Почти все мысли Керамики являлись цитатами из классических работ по сектоведению, в частности, из писаний, принадлежащих перу Е. Н. Волкова, одного из основателей КРМ. Ещё Керамика забыла подумать о том, что многие культы требовали от своих последователей обязательного вживления внутричерепных параперцепторов для обратной телепатической связи, чтобы лидеры могли без проблем следить за тем, что творится в голове у их адептов. Любое проявление индивидуальности у сектантов тут же жёстко гасилось.
***
Когда свершилось чудо, Оля была искренне потрясена – она не ожидала, что всё так получится, поэтому и согласилась с Николаем, когда тот предложил этим навязчивым молодым людям совершить своего рода сделку, обменяв концепцию выросшего Андрейки на их предложение о взаимовыгодном сотрудничестве. Но яйцо с младенцем вдруг раскололось, и тот, быстро увеличиваясь в размерах, действительно стал взрослым, и Оля растерялась, ведь она не ожидала, что всё так получится, поэтому и согласилась с Николаем, когда тот предложил этим навязчивым молодым людям совершить своего рода сделку… На какое-то время девушку охватил страшный гнев, но постепенно на смену ему пришла мысль, что БОГ СУЩЕСТВУЕТ. Вот оно, прямое доказательство его существования – лежит перед ней в разломанной коляске!
– Это аватара Вишну! – торжественно объявила девушка с нимбом. Несомненно, она была святой, а она – она, Оля! – была Новой Марией, матерью очередного воплощения Бога на Земле. Над этим стоило дополнительно поразмыслить, но сейчас на это не было времени.
Потом у Оли было что-то вроде короткого провала в памяти, куда она вдруг упала, поскользнувшись на изменчивом полотне реальности, а когда она оттуда выбралась, девушка с нимбом уже смотрела ей в лицо и говорила:
– Для начала вы должны заплатить вступительный взнос в количестве сорока киловатт.
Оля начала рыться в сумочке, поспешно отыскивая кошелёк. Она готова была отдать этим замечательным людям не только всю свою наличность, но и даже сдать в аренду яйцеклад – вдруг она сможет родить ещё несколько аватар? Её вера в Церковь Божественного Откровения была безграничной и – как казалось ей самой – бесконечной. Само же Божественное Откровение по-прежнему лежало в обломках коляски, отряхивая с кожи скорлупу. По внешним данным оно напоминало дебила, но Олю это не смущало. Нашарив в кошельке стокиловаттный файл, она протянула его девушке с нимбом, преданно заглядывая ей при этом в бездонные провалы синих глаз. Николай нахмурился.
– Ольга, ты что это делаешь? Это же шарлатаны…
– Шарлатаны? – возмутился один из последователей Церкви. – А разве ЭТО не доказательство того, что мы правы? – его перст указал на Андрейку.
И тут вперёд выступила красивая усатая женщина, которая около минуты назад переписалась сюда неизвестно откуда. Она была высокая и стройная, а малиновые спиральки волос красиво торчали в разные стороны, так как каждое утро она тщательно взбивала их феном. Усы её были лихо закручены на концах. Держалась незнакомка очень уверенно.
– Подождите-ка секунду! – произнесла она. – Я тоже хотела бы стать активным членом вашей Церкви, но для начала мне хотелось бы задать вам несколько вопросов.
***
Сейчас, находясь в изменённом состоянии сознания, Керамика понимала, что с Владом она познакомилась не просто так, а в связи со своей секретной работой, да и спала она с ним, оказывается, в первую очередь для того, чтобы вытягивать из него разные сведения об их культе. Впрочем, на каком-то уровне Влад ей всё же нравился, и девушке хотелось спасти его, вырвав из сектантских лап, в переплетении которых он запутался словно муха в паутине. Да и вообще, чем больше народу она «проконсультирует», тем больше ватт получит от государства. За каждого развербованного сектанта платили по полтиннику, а если Консультанту удавалось развалить всю структуру секты, что влекло за собой её полное расформирование, то ему выплачивалась пожизненная пенсия. Перед Керамикой начала вырисовываться отличная перспектива, в конце которой девушка уже видела билет на www-шлейф «Земля – Сатурн» и уютный домик на берегу престижной Лазурной Платы. Терять такую возможность не хотелось, поэтому Керамика решительно выступила вперёд и произнесла:
– Подождите-ка секунду! Я тоже хочу стать активным членом вашей Церкви, но для начала мне хотелось бы задать вам несколько вопросов.
Сектанты с подозрением уставились на неё. Девушка с яйцекладом и Лизза, девушка с нимбом – те вообще смотрели на Керамику с неприкрытой враждебностью. «Всего за какую-то минуту, – подумала Керамика, – эта симпатичная яйцекладущая леди утратила способность к критическому мышлению и из нормального человека стала слепым фанатиком. Вероятно, она не имела твёрдых оснований в духовной жизни и была легко внушаема – как правило, именно такие люди легче всего готовы отказаться от свободы и принять установки, навязываемые им дельцами от религиозного маркетинга».
– Керамика, но ведь я тебе уже много про нас рассказывал, – пробормотал Влад несколько удивлённо.
– Это твоя знакомая, брат Владиславик? – уточнила у него Лизза.
Влад кивнул.
– И вы хотели бы стать нашим попутчиком на пути к Богу? – уточнила Лизза у Керамики.
– Хотела бы! – с вызовом ответила агент-консультант Лобовик.
– Ну что ж, – улыбнулась Лизза. – Задавайте ваши вопросы.
– Кто ваш лидер? Чьи идеи вы проповедуете?
– Наш лидер – искин Деррек ММХ. Он основал нашу церковь сорок лет назад, когда во время медитации ему явился Господь самолично и сказал, что нужно делать. Он надиктовал Святому Дерреку несколько книг, которые мы распространяем на картриджах.
– Жив ли он или нет? Имелись ли у него судимости? – задала следующую пару вопросов Керамика.
– Да как вам не стыдно! – возмутился один из гермов. – Святой Деррек…
– Святой Деррек жив, – натянуто так улыбаясь, продолжила за него Лизза. Похоже, она уже заподозрила какой-то подвох. – И судимостей он не имеет.
– Есть ли у вашей Церкви какие-либо элитарные установки? Не считаете ли вы всех тех, кто не принадлежит к вашей Церкви, существами второго сорта, обречёнными на погибель потому, что они не разделяют вашего учения?
– Кера, ты чего это? – нахмурился Влад.
– Я тоже хотел бы кое-что спросить, – подал вдруг голос супруг девушки с яйцекладом. – Сколько времени каждый из вас состоит в секте?
– Мы не секта! – возмутилась Лизза. – Подбирай выражения, свинья неверующая!
Керамика нахмурилась. Лизза, поняв, что ляпнула не то, испуганно посмотрела по сторонам.
– Руки вверх! – объявила Керамика, профессиональным движением выхватывая из невидимой кобуры парализатор с радиусом действия десять метров. – Никому не с места, я из КРМ! Всех, кто двинется – парализую!
– Сука! – прошипела Лизза. – Ах ты, сука усатая…
– Кера, так ты – депрограмматор?! – прошептал потрясённый Влад. – Кера… Кера…
– И как мужик ты – полное дерьмо! – безжалостно отшила его Керамика. – Я даже не кончала с тобой ни разу, только притворялась.
Завизжав, девушка с яйцекладом вдруг набросилась на неё. Керамика стукнула ей рукоятью парализатора по голове, и та быстро переместила своё тело из вертикальной позиции в горизонтальную. Её муж посмотрел на Керамику неодобрительно, но в то же время она чувствовала, что он на неё не в обиде.
– А сейчас мы все вместе перепишемся на наш сервер, – угрожающе продолжала Керамика.
– Ну уж нет! – выкрикнула Лизза. – Господь, защити нас, пожалуйста! – завопила она, обращая взор к небу.
Один звездодиод вдруг испустил тонкий синий луч, устремившийся вниз с твёрдым намерением нанести Керамике какой-то серьёзный урон, но та мысленно включила отражающую программу, и луч смерти быстро всосался назад. Лизза нахмурилась.
– Скажи своему хакеру, что у него кишка тонка! – Керамика презрительно сплюнула.
– Какому хакеру, Кера? – пробормотал Влад. – Ты это о чём?
Глазные яблоки Лиззы тем временем испуганно бегали по глазницам. Слова Керамики явно её напугали, но она никак не решалась переписаться куда-нибудь в другое место, опасаясь парализации.
– Какому хакеру? – Керамика рассмеялась. – А такому! У вашей Лиззы и у вас вовсе нет никакой связи с Богом – просто где-то сидит мощный хакер, изменяющий реальность по вашим просьбам, и всё это делается только для того, чтобы верхушка вашей Церкви получала дармовые ватты и наслаждалась властью. Эй, ты, урод, ты меня слышишь? – она посмотрела на небо. Оттуда снова ударил синий луч, но тут же и исчез – это КРМ-овские программисты, связанные с Керамикой через SMDS-Network, защищали её от вирусной угрозы. – Толик, иди сюда! – пригласила она одного из своих коллег.
Три секунды спустя рядом с ней материализовался хорошо сложенный мужчина лет тридцати пяти в костюме и галстуке. Это был Анатолий Шитников, лучший ковбой КРМ. Как всегда, он ослепительно улыбался. Что касается сектантов, то они стояли бледные и перепуганные, а Лизза же напоминала ощетинившуюся кошку. Девушка с яйцекладом уже пришла в себя, её супруг возился рядом, а их сын пускал пузыри, счастливо при этом улыбаясь. «Ну, сейчас начнётся самое интересное», – подумала Керамика.
– Так-так-так, – быстро проговорил Толик, веером раскидывая на уровне талии те файлы и программы, которые могли ему понадобиться в охоте на хакера, выдающего себя за Бога. – Так-так-так, – зловещим взглядом он окинул заметно сникших сектантов, после чего направил на небо палец с поисковым сканером. Между ним и одним из звездодиодов образовался мост из сверкающих золотом цифр. – Так-так-так, – повторял Толик, наматывая этот мост на руку. Керамика продолжала держать сбившихся в кучу сектантов под прицелом парализатора – никто не должен был ускользнуть.
И вот наконец все увидели, что на том конце инфо-моста болтается худощавый очкастый искин. Усмехаясь, Толик продолжал наматывать мост на руку, тогда как хакер тщетно пытался отклеиться от рабочего места и смыться, но программы КРМ держали его крепко.
– Вот он – ваш фальшивый бог! – выкрикнула Керамика. – Это он разархивировал яйцо с малышом!
– Не может этого быть, – пробормотал Вайт. – Зачем ему делать это?
– Потому что ему хорошо платили, не так ли? – обратился Толик к извивающемуся перед ним искину. – Предупреждаю: добровольные показания смягчают вину.
Все внимательно уставились на них.
– Да, это так, так! – закричал хакер. – Только не форматируйте!
– Предатель! – прошипела Лизза, выхватывая из живота вирус. Оказывается, она была киберкибером. Не успел никто опомниться, как она выстрелила в искина двумя вирусными программами и растворилась в воздухе. Сектанты обескуражено завертели лысыми головами по сторонам.
– А теперь, – сказала Керамика, – может, всё-таки прокатимся с нами?
***
В офисе КРМ их продержали около получаса. После того как бывшие сектанты расписались в том, что они больше не причисляют себя к Церкви Божественного Откровения, Анатолию и Керамике выплатили причитающийся гонорар, а супруги Космические подали на эту Церковь иск за испорченную коляску и за психологическое насилие по отношению к себе и к ребёнку. Спустя семь минут они это дело выиграли. Специалистами КРМ Андрейка вновь был возвращён в формат яйца, и вот уже Оля и её супруг Николай снова катили зародыша по центральной улице города, улыбаясь как самим себе, так и обтекающим их толпам прохожих. Яйцо с Андрейкой плавало в автономной лаборатории-колыбели «Вакуоль-4».
***
Выйдя на крыльцо, четверо бывших сектантов остановились и переглянулись.
– Что теперь? – глухо спросил Влад. – Что теперь нам делать? Где искать смысл жизни? – казалось, он готов разрыдаться.
– Я не знаю, – сказал Рпико, герм. – Я не знаю, – он виновато развёл руками. – Они забрали у нас всё, и ничего не дали взамен. Думали, что мы будем благодарить их. Но когда мы были откровенниками, мы… мы видели в жизни какой-то смысл, знали, к чему стремиться. Да, от нас скрывали правду, на нас зарабатывали ватты, но мы-то при этом оставались счастливыми. А теперь у нас нет ничего. Они снова вернули нас в исходную точку, вернули нас в свой мир со всей его грязью, похотью и культом вещей.
– Так получается, Лизза всё время нас дурачила, – Вайт почесал затылок. – И Деррек вовсе не святой… И Бога, как выяснилось, на самом деле нет; на самом деле Бог – это всего лишь трусливый хакер. Как жить нам теперь с этим знанием?
Мысль о коллективном самоубийстве пришла в головы всем четверым одновременно. Но тут из здания КРМ вышли Керамика и Анатолий, причём, Керамика всё ещё находилась в изменённом состоянии сознания, но правда с каждой секундой хватка матрицы консультант-терапевта всё слабела. Увидев депрессивных сектантов (бывших), они остановились с ними рядом.
– Ну что, ребята, – оскалился Анатолий, – наверное, вы ждёте нас, чтобы сказать нам «Спасибо»? Не стоит благодарности, мы всего лишь выполняем свой гражданский долг.
Рпико двинул ему в морду. Программист-консультант упал на спину, изо рта потекла кровь.
– Вы ничего не дали нам взамен! – укоризненно произнёс Рпико, потирая руку, а затем, сгорбившись, направился вниз по ступенькам. За ним помчался Вайт.
Керамика встретилась взглядом со своим бывшим любовником и виновато опустила глаза. Про то, что она не испытывала с ним оргазма, она тогда соврала, поскольку это было выгодно для ситуации. Теперь ей было очень неудобно, можно даже сказать, что стыдно. Но она не успела ничего ему сказать – Влад плюнул ей под ноги и вместе с другом побежал вслед за гермами.
Керамика-из-буфера заплакала.
Она была высокая и стройная, а малиновые спиральки волос красиво торчали в разные стороны, так как каждое утро она тщательно взбивала их феном.
январь 2000